Прикол.ру — приколы, картинки, фотки и розыгрыши!

«Бытие определяет сознание» — сказал очень умный классик. При этом, я бы добавил — деградация бытия ведет к деградации сознания. Отнюдь не наоборот. Вряд ли можно представить уголовника, попавшего в интеллигентскую среду и пишущего диссертацию «О правовом беспределе в России». Скорее наоборот, профессор-лингвист, попав на зону, «заботает по фене».

В восемьдесят каком-то затертом году мы заканчивали институт. Наступало лето, а вместе с ним долгожданные военные сборы. Долгожданные для офицеров кафедры, которые получали возможность «отвязаться» за несколько лет студенческого пофигизма. В те долгие 90 дней втиснулись 4 года военной кафедры. Для тех, кто не понимает, поясняю — после сборов сдавали экзамены с присвоением звания «лейтенант». Те, кто по той или иной причине не сдавал, автоматом гремели на 2 года службы рядовым СА. Поэтому любые отклонения от устава расценивались как добровольная явка в военкомат с «сидором» за плечами. Непривыкшие ходить строем студенты, попав в новую среду, стремительно тупели. Быстрее всех с катушек слетали отличники. Привычка осмысливать свои действия разбивалась о гранитную фразу: «Хотите еще два года послужить?»

А еще на сборах хотелось… нет, не есть… а жрать. Безумно и непрерывно. Больше всех от неудовлетворенного чувства голода страдали худые. Они вообще, как я заметил, очень прожорливые. У меня был однокашник, с которым мы ладили все 5 лет обучения. На расстоянии ладили. Были у него некие черты характера, которые не позволяли мне зачислить его хотя бы в разряд приятелей. Он… как бы это помягче… несколько невоздержан на язык. Говорил не там где надо… и не тому, кому можно это слышать. Он потом извинялся, но было неприятно. Звали его Юра Захаров (изменено). Он был худой и невысокий, как велосипед «Орленок». Произошла эта история именно с ним. Столь долгое вступление, лишь для того, чтобы показать, что речь идет не о законченном кретине, а об отличнике и вообще неглупом человеке, попавшем в чуждую среду.

В солдатской столовой были в ходу алюминиевые ложки. Самые примитивные ложки, распространенные по всему гражданскому общепиту. Они практически не мылись и подавались дежурными с засохшими остатками пищи еще основателей этой воинской части. По примеру служивших в армии студентов, я забрал из столовой ложку и хорошенечко отдраив, пользовался только ей. Забирал после еды и соответственно приносил, аккуратно доставая из внутреннего кармана.

Однажды после обеда Юрчик прижал меня в углу и, строго глядя в глаза, спросил:

— Я давно за тобой наблюдаю. Зачем ты воруешь ложки в столовой?